Вернуться к спектаклю: Смерть Тарелкина

Другие ссылки:

4.04.2005, «Вечерняя Москва», Ольга Фукс
Мцырь в полосочку

7.04.2005, «Полит. ру», Валерий Золотухин
Торжество невысшего суда

22.03.2005, «Афиша», Екатерина Рябова
Смерть Тарелкина

7.04.2005, «Культура», Алиса Никольская
Владимир Скворцов: «Я доверяю самому себе»

7.04.2005, «Независимая газета», Ольга Галахова
Сухово без Кобылина

6.04.2005, «Собеседник», Полина Ерофеева
У Калягина уморили Тарелкина

4.04.2005, «Российская газета», Алена Карась
Еt cetera в полосочку

7.04.2005, «Культура», Наталия Каминская
Тени забитых предков

4.04.2005, «Новые Известия», Ольга Егошина
Смерть в полосочку

4.04.2005, «Известия», Марина Давыдова
У него люди в полосочку

Мцырь в полосочку
Театр “Et Cetera”, который с 2000 г. поддерживается Банком Москвы, представил «Смерть Тарелкина»

Оскарас Коршуновас — литовский режиссер тридцати с небольшим лет — театральной режиссуре, в отличие от своих знаменитых коллег-соотечественников, учился в Литве, а не в России. Завоевывать Москву он начал со спектакля «Огнеликий» (история подростка, спалившего собственную семью), а закончил (на сегодняшний день) премьерой «Смерти Тарелкина» по пьесе Александра Сухово-Кобылина в театре “Et cetera”, да сразу с Александром Калягиным — культовым актером и главой Союза театральных деятелей России — в роли генерала Варравина.

Кандид Тарелкин в исполнении Владимира Скворцова, ровесника Коршуноваса, годится генералу в сыновья. Он плоть от плоти этой породы чиновников-бандитов, «вурдалаковупырей», только масштабом пониже да кровью пожиже (хоть и наделен воображением побогаче), чем генерал Варравин, потому и оказывается проигравшим в фантасмагории Сухово-Кобылина о мнимой смерти растратчика, желающего избежать наказания. 

Художница Юрате Паулекайте покрасила сцену в черно-белую полосочку: шаг влево — и ты весь на свету, шаг вправо — растворился в тени, накинул полосатый халатик — и «оборотился в стену» (что и звучит в показаниях следствию «колоссальной бабы» Брандахлыстовой и дворника Потапова: от первой наш герой оборачивался в стену на постели, от второго — как «иное дело случится»). Дабы подбавить зрелищу фантасмагории, режиссеру понадобилось два актера на роли Тени Расплюева и Тени Тарелкина. По тексту куклу «мертвого» Тарелкина набивают тухлой рыбой, а в театре теней Оскараса Коршуноваса — еще и крокодилами, крабами, лягушками и морскими коньками. По тексту и.о. квартального надзирателя Расплюев страшно объедается на «поминках» Тарелкина — на теневой картинке Тень Расплюева долго запихивает в собственную утробу свиней, гусей, сыры и бутыли. Все это, конечно, очень изобретательно, но густой атмосферы наваждения, которой дышит зловещая «шутка-комедия» Сухово-Кобылина, заменить не может.

Вообще театр “Et cetera” выходит в лидеры по количеству видеопроекций на единицу театрального времени. Запрещая в свое время пьесу, цензор изобрел формулировку «чувство содрогания», которое, мол, нельзя возбудить в публике.

«Чувство содрогания» громкая, ясная, внятная (это ощущение усиливает еще и дискотечно-назойливая музыка Гинтараса Содейки) «Смерть Тарелкина» отнюдь не вызывает. Иногда вызывает смех, иногда что-то похожее на сочувствие, особенно когда дорвавшиеся до небывалых полномочий пешки-полицейские Антиох Ох (Виктор Вержбицкий) да Иван Расплюев (Петр Смидович) потрошат благополучного и самоуверенного купца Попугайчикова (Алексей Осипов). Да будь ты хоть олигарх, но если полицейское чрево взалкало!..

Разумеется, центром спектакля является Александр Калягин. Его генерал Варравин — несуетный могучий гигант бандитской власти брезгливо повелевает своими «шестерками»-подчиненными, на чьих примитивно-подлых душонках так легко играть. Да и пройдоху Тарелкина, не лишенного фантазии, он раскусывает еще быстрее, чем автор прописал. И лишь досадует, что этакий прохвост заставил его поволноваться и втянул-таки в свою игру.

Переодев генерала Варравина, как и положено по пьесе, якобы в капитана Полутатаринова, художница по костюмам Сандра Страукайте позволила себе порезвиться всласть, нацепив на генерала российского театра здоровенную зеленую бородищу и гипертрофированную папаху горца. Калягин игру принимает и жирными масляными красками рисует упыря-главнокомандующего, которому совершенно не обязательно сдерживать свою ярость. А режиссер отказывает калягинскому герою даже в последнем жесте милосердия — стакане воды, который Варравин протягивает уничтоженному Тарелкину.

В спектакле Оскараса Коршуноваса Варравин хладнокровно выливает воду Тарелкину на затылок. Тарелкин после такого «крещения» высвобождается из своих пут и выходит в мир упырем, впитав в себя все качества мастеров этого дела старой закалки.

Ольга Фукс

Вечерняя Москва, 4.04.2005


     

Copyright © 2002 Александр Калягин
kalyagin@theatre.ru