Другие страницы:
<< | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | >>

23.02.2002, «Версты», Ольга Егошина
Не форсируйте фарс!

6.02.2002, Глеб Ситковский
Как важно быть несерьезным

6.02.2002, Глеб Ситковский
Как важно быть несерьезным

2.02.2002, «Московская Правда», Наталия Балашова
Зловещий шут, резвящийся тиран.

2.02.2002, «Московская Правда», Наталия Балашова
Зловещий шут, резвящийся тиран.

31.01.2002, «Вечерняя Москва», Ольга Фукс
Тетка Чарлея опять сыграла вождя

24.01.2002, «Культура», Наталия Каминская
Отвязанно гремит словами бранными широкая арена

24.01.2002, «Культура», Наталия Каминская
Отвязанно гремит словами бранными широкая арена

23.01.2002, «Коммерсант», Роман Должанский
Прекрасные оттенки дерьма

23.01.2002, «Время новостей», Марина Давыдова
Нам не страшен Бармалей

23.01.2002, «Коммерсантъ», Роман Должанский
Прекрасные оттенки дерьма

23.01.2002, «Время новостей», Марина Давыдова
Нам не страшен Бармалей

14.01.2002, «Вечерние вести», Марина Тульская
Александр Калягин: «Кривляние и ничегонеделанье — моя стихия»

14.01.2002, «Новая газета», Ольга Коршакова
Александр КАЛЯГИН: ПУБЛИКА ОЧЕНЬ ОПАСНА…

2002, «Из книги «Александр Калягин»», Александр Калягин
Александр Калягин о Роберте Стуруа, о спектакле «Шейлок»

2002, «Из книги «Александр Калягин»», Александр Калягин
Александр Калягин — о себе и актерской профессии, об Иннокентии Смоктуновском

2002, «Из книги «Александр Калягин»», Александр Калягин
Александр Калягин о «Короле Убю»

2002, «Из книги «Александр Калягин»», Александр Калягин
Александр Калягин о театре “Et cetera” и о том, как создать театр в наше время

2002, «Из книги «Александр Калягин»», Александр Калягин
Александр Калягин рассказывает про Олега Ефремова, раздел МХАТа, рождение театра “Et cetera”

2002, «Из книги "Александр Калягин"», Александр Калягин
Александр Калягин о работе над фильмом "Эзоп"

Другие страницы:
<< | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | >>
Тетка Чарлея опять сыграла вождя

«У вас там что, тетка Чарлея будет играть вождя?» — допрашивали Олега Ефремова на министерском «ковре», когда тот решил дать роль Ленина Калягину в программно-провокационном спектакле «Так победам». В папаше Убю — заглавной роли Александра Калягина — шут и диктатор соединились.

Альфреду Жарри было 14 лет, когда он написал «Короля Убю», вдохновляясь мыслями о ненавистном учителе при создании, так сказать, образа Убю. На премьере в парижском театре «Эвр» в рафинированную публику понеслась брань. А позже, как образно написано в программке, «из толстого брюха Папаши Убю родились и театр сюрреализма, и театр абсурда, и „театр жестокости“… а за право называться учениками Жарри боролись Борис Виан, Хулио Кортасар и Мишель де Гельдерод».

Пересказывать сюжет пьесы, не имевшей в России сценической истории, дело не самое благодарное. Причинно-следственные связи здесь сродни диалогам вроде: «Себя Венере уподобивши. — Что-что? У кого вши?» — они абсолютно алогичны. И тем не менее. Папаша Убю, вдохновленный Мамашей Убю (привет леди Макбет), убивает беспечного польского короля Венцеслава избирает себе его корону. Затем он недолго правит Польшей, шокируя окружающих, а после отправляется воевать с Россией, увязает в ее просторах, теряет войско и вскоре узнает, что польский трон занял сын покойного Венцеслава. Театр с «буквой» пьесы несколько порезвился — например, добавил сцену торговли за стратегическую высоту между папашей Убю и русским воином Михаилом Федоровичем (самую смешную) и некоего дерганого персонажа-гимназиста Альфреда (самого скучного). Но «дух» сохранил. 

Ставить «Короля Убю» предложил Калягину болгарин Александр Морфов. Внятных поводов поставить «Убю» в “Et cetera”, по-моему, два — театроведческо-просветительский (вряд ли кто-то еще возьмется за эту пьесу-манифест столетней давности) и личностно-актерский.  Александр Калягин буквально купается в роли. Человек-«жополик» (термин, придуманный, как определение персонажей художника Олега Целкова, по сути, очень подходит к герою Калягина), не обезображенный интеллектом. Стихийное бедствие. Жестокость, замешанная на детской непосредственности и непобедимом обаянии. «Жопы», «клизмы старые» и прочие «ласковые» об" ращения сыпятся в неимоверном количестве. Пародия на всех диктаторов сразу — театральных и политических. Клад для фотографов — Калягин в шароварах, в беретке с помпочкой или летном шлеме уморителен.

Александр Морфов придумал много постановочных трюков. Снова, как и в «Дон Кихоте», использовал экран с видеоизображением (убийцы короля закалывают его экранное изображение). Закончил первый акт эффектным, в буквальном смысле воздушным, танцем висельников —повешенных польских дворян (хореограф Сергей Грицай). Придумал вставные номера вроде знакомства новоиспеченного диктатора с доселе им невиданным микрофоном для тронной речи, которое для микрофона закончилось плачевно. Но сколько-нибудь внятной идеи, ради которой стоило бы сегодня ставить «Короля Убю», режиссер так и не предложил. Эстетических пощечин общественному вкусу «Папаша Убю» не наносит — так, невинные шалости. Да и правда-матка о том, кто нами правит и какими путями добивается власти, тоже как-то не впечатляет.

Ольга Фукс

Вечерняя Москва, 31.01.2002


     

Copyright © 2002 Александр Калягин
kalyagin@theatre.ru